Сабля — правда и легенды. Виталий Шлайфер, Вадим Добрянский. Запорожье. | Армия и вооружение
Категории

Главная

Главная

Форум

Форум

Темы

Новости

 

Бронетехника

Огнестрельное оружие

Боеприпасы

Авиация

Холодное оружие

 

Поиск по сайту

 

Счетчики

Сабля — правда и легенды. Виталий Шлайфер, Вадим Добрянский. Запорожье.

Во все времена оружие служило двум целям – охоте и защите. С его помощью человек мог совладать со зверем или врагом. Каждый мужчина был добытчиком и защитником для своей семьи.
Какова вообще роль клинкового оружия в истории общества? Почему, если в какой-либо культуре возникал культ оружия, он был связан непременно с клинком?

Человек с незапамятных времен старался увеличить эффективность используемого оружия, переходя от примитивных его образцов к более сложным. От палки к палице, от длинной палки к копью, к каменному топору и ножу. Были изобретены и метательные виды оружия, такие как лук и праща.
С самых давних времен и до сегодняшнего дня перед охотником и воином стоит одна и та же неразрешимая проблема: любой из них хотел бы носить в кармане полевую пушку, вот только в кармане она не помещается!

На роль оружия для постоянного ношения, как нельзя лучше, подошли клинки. С момента своего появления они стали спутниками охотников и воинов. Клинки прижились благодаря своей универсальности и разнообразию. Охотник и воин имели соответствующие клинки, которые они могли носить открыто, а какой-нибудь «спецназовец» или шпион того времени имел клинок скрытого ношения или замаскированный.
В экспозиции запорожского музея истории оружия (далее по тексту – музея) можно увидеть ряд клинков разных времен и народов. Наиболее интересен из них вариант китайских парных мечей XIX в. – цзяней. Они имеют с одной стороны плоские рукояти, и это позволяет вкладывать оба клинка в одни ножны так, что внешне они выглядят как один обычный меч. Примечательными образцами скрытого оружия, которые представлены в музее, являются также кастет-нож и шпага, замаскированная под трость.
Поскольку получать удары исподтишка никому не нравилось, малые клинки-кинжалы – стилеты, – которые легко спрятать в одежде, стали оружием «низким». А оружие, носимое открыто: меч, сабля – «благородным».
В России меч и саблю стали называть «белым» оружием. Во многих странах почти все холодное оружие называют «белым», но на Руси именно «белое» всегда означало чистое, благородное.
Так постепенно сформировался культ меча. Он существовал во многих культурах. В Индии единственными, кто мог носить оружие, были кшатрии – каста воинов, в Японии – самураи, а в Европе – дворяне, рыцари.
Самым мощным оружием рыцаря было копье. Из трех дисциплин рыцарского турнира – копье, меч, булава – именно копейный поединок (джауст) считался самым главным, а победа в нем, самой почетной.
Тем не менее, признаком рыцарства не было ношение доспехов, участие в кавалерийской атаке и выбивание копьем противника из седла. Рыцарь представлялся опоясанным мечем. Меч всегда был при нем, обещая наказание тем, кто посягнет на рыцарское достоинство. Меч был орудием поединка, в котором обиженный мог отстоять свою честь. Сабля или меч были последним аргументом в споре.
И еще один момент. В обществе сложилась традиция заставлять других работать на себя. Сначала пленников превращали в рабов, потом и своих соплеменников. Рабу никто оружия не давал. Опасно, да и зачем? Честь рабу не положена, значит и защищать нечего.
Так меч, сабля или кинжал, носимые открыто, становятся визитной карточкой свободного человека. У богатого – побогаче, у бедного – победнее, но его наличие обязательно. Полоса клинка стала той линией, что отделила благородного от смерда, пана от холопа.
За что бились запорожские казаки с поляками, зачем было пролито столько крови? За волю? За свободу? За сословные права приписного войска! Да, за волю и за свободу, носить саблю на поясе, подобно заносчивой шляхте. За то, чтобы тебя признали равным, а не считали быдлом.
Вот так клинок стал символом свободы и независимости.
Ни одна из войн не выигрывалась ни мечем, ни саблей. Пращники, лучники, арбалетчики, дротик, копье и пика – прореживали ряды врагов гораздо эффективнее и с безопасного расстояния. Когда войска сходились в рукопашную, меч имел альтернативы в виде топора, секиры, шестопера, чекана и другого оружия, не менее эффективного, но гораздо более дешевого.
В кавалерии наблюдалась та же ситуация. Наиболее эффективной была таранная копейная атака тяжелой конницы. Да и гораздо позже кавалерия чаще всего использовала пику.
И вот в чем феномен клинка. Меч и сабля в войне играли роль далеко не первую, но при этом ношение их стало символом благородства и неотъемлемым правом свободного гражданина.
Прямой клинок и изогнутый! Любой из этих видов оружия прекрасно приспособлен для выполнения своих задач и, кроме того, несет подчас огромную мистическую нагрузку.
Вот уж где со всей полнотой отразились различия во взглядах и мироощущении между Востоком и Западом. Различия, которые видны во всем: алфавит – латинский, почти «клинопись» и арабская «вязь», прямолинейность европейского этикета, с привычкой разделять свет на белое и черное, своих и чужих, и его полная противоположность – этикет восточный, полный ритуалов и многозначительных условностей, с массой оттенков в отношениях и чувствах.
Различия эти – нечто гораздо большее, чем внешняя непохожесть, это две разных формы бытия.
Отличия особенно заметны в военных сферах: фортификации, стратегии, тактике, экипировке, снаряжении, доспехах и оружии.
Каждый из этих пунктов достоин не то что статьи, – книги. Но нельзя объять необъятное. Поэтому мы поговорим лишь об одном из интереснейших образцов холодного оружия – сабле.

Откуда она пришла? Как развивалась? Как случилось, что она вытеснила меч в пехоте и кавалерии?

Чтобы разобраться в этом, необходимо вспомнить историю.

Преимущества изогнутой режущей кромки наши пращуры смогли оценить еще за несколько тысяч лет до Рождества Христова. Кривые лезвия кремневых ножей концентрируют усилия под углом к месту разреза, что значительно улучшает их проникающие свойства.
Со временем преимущества изогнутого кремневого лезвия переносились на другие материалы – медь, бронзу, – но недостаточная прочность металла накладывала ограничения на производство таких клинков.
Подавляющее большинство воинов тех давних времен, если и носили длинный клинок, то прямой.
Все преимущества искривленного лезвия смогли реализоваться только с наступлением «железного» века. Развитие металлургии и кузнечного ремесла позволило изготовить клинок, который был легче и значительно эффективнее, чем существовавшие ранее.
Железо, в отличие от меди и бронзы, прекрасно затачивается, а, следовательно, за счет бритвенной остроты лезвия и режущего эффекта можно нанести серьезную рану, затратив гораздо меньше усилий.
Для достижения подобного эффекта удар прямым клинком (дробяще-рубящий с малым проникновением) необходимо наносить с «оттяжкой». Подобный удар требует тренировки и устойчивого навыка. В конструкции сабли это движение заложено изначально, поскольку изогнутое лезвие как бы само соскальзывает с препятствия, глубоко рассекая его.
В музее истории оружия представлен скифский искривленный клинок с ограничителем, украшенным золотой фольгой. Этот образец оружия сложно назвать ножом, хотя бы потому, что его общая длина (42 см) равна длине скифских мечей-акинаков. Не исключается вероятность и того, что этот клинок мог стать прототипом будущих сабель.
Как отмечал известный российский конструктор-оружейник и историк В.Г. Федоров, лучшими рубящими качествами обладали мамлюкские сабли с углом изгиба клинка до 45°.

Однако вернемся к древним временам.

Благодаря прогрессу и непрекращающимся войнам кривые мечи были по достоинству оценены и получили распространение по всему Востоку. В. Бехайм, историк-оружиевед XIX века рассказывает о древних персах (IV век до н. э.), прекрасно знакомых с кривыми клинками. В других источниках упоминается использование кривых мечей в армии Александра Великого. Позже, во время своих завоевательных походов, воины Чингиза и Тимура дали возможность оценить прекрасные боевые качества сабель всем, кто встречался на их пути.
Сабли сформировались как устойчивый самостоятельный тип оружия к VIII веку н. э. В отличие от меча европейских рыцарей, сабля оказалась «демократичнее», можно сказать, ближе к народу. Саблю на вооружении имели огромные массы хазарских, печенежских, половецких, монгольских и прочих кочевников.
Сабли этого периода обычно имели длинный (более метра) клинок малой кривизны с лезвием на выгнутой стороне и обухом на вогнутой. Встречались и короткие сабли. Эфес сабель VIII – XIII вв. состоял из короткого перекрестья с утолщенными концами, крестовины и рукояти с деревянными щечками. Иногда крестовина была украшена гравированным геометрическим орнаментом и изготавливалась не из железа, а из бронзы. Ножны сабель VIII – XIII вв. были деревянными, оклеенными кожей или берестой. В нижней их части всегда присутствовал металлический наконечник, представлявший собой трубочку, овальную в сечении. Такой тип сабли был распространен в IX – XIII вв. от Средней Азии до территории современных России и Украины.
На рубеже XIII – XIV вв. в конструкцию сабель вносятся существенные изменения: появляются сабельные клинки с елманью (утяжеленным двулезвийным расширением рабочей части клинка) или со штыковидным острием. Центр тяжести при этом становился более отдаленным от эфеса, что в сочетании с кривизной клинка увеличивало силу удара. Сабля в это время была преимущественно рубяще-колющей. Кроме того, штыковидное острие ряда азиатских и кавказских сабель позволяло прокалывать кольца афеха – кольчуги – без особых усилий со стороны воина. В музее истории оружия можно увидеть целый ряд сабель кочевников IX – XIV вв. От ножен многих из них сохранились лишь железные наконечники. Представлены здесь также сабля со штыковидным острием и кривые сабли XIII – XIV вв. с асимметричным перекрестием. Есть в экспозиции музея несколько прямых клинков VII – X вв., напоминающих более поздние европейские палаши. Такие прямые и узкие клинки с полуторной заточкой впервые появились на Востоке на рубеже VII – VIII вв. и стали предшественниками сабель. Они были легче мечей, но еще не имели сабельной кривизны. Кривизна на таких клинках появилась к концу VIII в. В музейной коллекции наиболее интересны три найденных на Северном Кавказе клинка – «палаша» (возможно, аварские) с усеченным острием. Внешне они очень схожи с традиционными японскими мечами. И это неудивительно, ведь такие клинки были распространены на Кавказе, в Средней Азии и Северном Китае, а, как известно, первые японские оружейники были выходцами из Китая и Кореи. Поэтому, изготавливая японское клинковое оружие, мастера сохраняли традиционные формы, бытовавшие на их родине.
В коллекции присутствует также прямой клинок палаша VII – X вв., изготовленный из высококачественной дамасской стали. Несколько сабель IX в., найденных в погребениях и хранящихся в музее, свернуты или же сломаны. Связано это с погребальным обрядом и верованиями кочевников. По одной из версий считалось, что у сабли может быть только один хозяин. Саблю погибшего воина нагревали, сворачивали и хоронили вместе с ее владельцем.
Повсеместное распространение сабли на Востоке привело к тому, что оружие в каждом из регионов стало приобретать свои характерные особенности.
Восточные сабли были отмечены своими национальными признаками, сделавшими их весьма разнообразными. Персидские, азиатские – изящные шемширы с суженным к острию клинком, массивные турецкие пала и килидж с утяжеленной елманью. Кривые мамлюкские сабли (мамелюки) и слабоизогнутые сейфы и шашки. В экспозиции музея есть несколько персидских шемширов (у одного из них «S»-образная крестовина) и турецких сабель XVII – XVIII вв.
Представляют интерес и ятаганы. Появившись как «гражданское» оружие янычар, они распространились крайне широко. Клинок ятагана мог быть изогнутым вниз – наиболее традиционный вариант, но мог быть и сабельного типа. Иногда он сочетал в себе оба изгиба на манер египетского хопеша. В музее хранится нож VII – IX вв., похожий на ятаган (длина клинка 33,3 см, ширина – 2,8 см), найденный в предгорьях Кавказа и, возможно, имеющий аварское происхождение. Эта находка еще раз подтверждает тот факт, что форма клинка ятаганов янычар имеет очень глубокие корни. Ятаган с клинком сабельного типа можно считать предтечей шашки, в эфесе которой четко прослеживаются его «фамильные» черты.
Кроме национальных, существуют также и религиозные традиции. Во всех мусульманских странах изготавливались клинки, символизировавшие легендарный меч пророка Мухамеда «Зульфикар». Его главный признак – раздвоенное острие.
Вариации на тему «Зульфикара» очень разнообразны. С раздвоенными в вертикальной или горизонтальной плоскости остриями клинка, с «пламенеющими» или волнистыми со стороны лезвия или обуха клинками. Клинки также могли быть кривыми или прямыми и сочетаться с разными эфесами. Применяя различные сочетания элементов, получали необычайные сабли, палаши, мечи. В экспозиции музея представлены индийский меч с «пламенеющим» клинком и «Зульфикар» XVIII – XIX вв. персидской работы.
Необходимо отметить и оружие Дальнего Востока, где использовалось множество кривых клинков. Некоторые из них мы можем отнести к саблям – по размеру и весу они подходят, но своей традицией в культурном контексте своей страны такие клинки, как дха, тати, дао, катана и им подобные, остаются мечами. Поэтому следует относиться к ним, как к таковым, и нам, европейцам.
Каждый из типов имеет свои особенности, но часто различия между ними довольно условны. Это относится и к представленным в музее индийским саблям – тулвар и кханда. Они имеют схожую форму клинков, стандартное для индийского оружия дисковидное навершие. Единственное отличие – это шпиль в навершии кханды, служивший украшением и продолжением рукояти.
Шпага, палаш, меч, сабля или шашка иногда только так называются, не соответствуя указанному типу. Часто эта путаница возникает из-за языковых особенностей, а иногда – бюрократических ошибок.
Существуют сабли с прямыми (!) и шпаги с кривыми (!) клинками. Тем не менее, мы называем их так, как их стали называть, принимая на вооружение.
В России показателен пример шашки. Обычно шашка представляется со слабоизогнутым клинком и упрощенным эфесом с раздвоенной головкой. Но все же главное отличие шашки в способе ее ношения. Деревянные, обтянутые кожей, ножны шашки подвешиваются за одно кольцо с выгнутой стороны. Традиционный же сабельный подвес – с двумя кольцами на вогнутой стороне.
В России была принята на вооружение шашка Туркменского конного дивизиона обр. 1895 г. Хотя и называлось это оружие шашкой, его клинок – типичная сабля. И по форме («шемшир») и по способу подвески – портупея с двумя пасовыми ремнями, которые крепились со стороны обуха. Российская казачья шашка во второй половине XIX в. положила начало и среднеазиатской шашке, которая представляет собой удлиненный вариант «хубера» – пуштунского национального ножа. Афганский «хубер», нож с необычайно длинным клинком, который при небольшом его изгибе и удлинении, превратился в «среднеазиатскую шашку», представлен в экспозиции музея.
Распространение сабель в Европе происходило различными путями.
Очень показателен пример Руси – России. Кривые клинки в этот регион проникали с трех сторон, несколькими волнами в разное время – с Востока, из Азии и с Кавказа. Каждый тип в отдельности характерен и интересен и в то же время имеет значительные различия. Сравните экипировку запорожских казаков и их «наследников» – казаков Кубанского казачьего войска.
Оружие первых в XV – XVII вв. было ближе к европейскому (польскому), а затем в XVIII в. стало восточным, турецко-балканским. Кубанцы были вооружены по кавказскому образцу.
История сделала свой выбор в пользу кавказского оружия. В России кавказская шашка и кавказский кинжал были приняты на вооружение. В музее представлены многие образцы российских шашек: драгунские солдатские обр. 1881 г., драгунская офицерская обр. 1881/1909 гг. с вензелем Николая II, казачьи нижних чинов обр. 1881 г. и кавказского казачьего войска обр. 1904 г., казачья офицерская шашка азиатского обр. 1913 г. и др.
Хотя слабоизогнутое лезвие шашки требует долгих тренировок для овладения ударом с «оттяжкой», но казаки являлись тем сословием, где оружие находилось в постоянном обиходе. Каждый мужчина был военнообязанным, а каждый мальчик с детства обучался обращению с оружием.
Такая практика была свойственна не только казачеству. В дворянских семьях дети также приписывались к различным воинским подразделениям. Ребенок получал униформу и вооружение в соответствие с тем, к какому полку он был приписан. Юный отрок, будущий офицер, с младых ногтей осваивал сложную науку обращения с оружием, пока еще «детским», но «детским» лишь по размеру. Во всем остальном такие сабли или винтовки ни в чем не уступали штатным образцам. В музее можно увидеть английскую детскую саблю (уменьшенный вариант боевой сабли) и изготовленную в Англии юнкерскую драгунскую офицерскую шашку обр. 1881 г. с клеймом на пяте Iron proved («железо проверено»).
Вот так через смотры, униформу и «детское» оружие молодой дворянин приобретал свой первый армейский опыт, так с детства воспитывалась та самая пресловутая «белая кость».
Во второй половине XVII в. сабля уже получила широкое распространение не только в Восточной, но и в Западной Европе, чему способствовали почти не прекращавшиеся военные столкновения с государствами мусульманского мира, в первую очередь с Турцией. Начало утверждения сабли в европейской боевой практике можно отнести к XV в., а уже в XVII в. появились польские и венгерские сабли собственного изготовления. Вообще польские и венгерские сабли оказали большое влияние на развитие западноевропейского холодного оружия в XVII в. Это объяснялось активным участием польских, венгерских и хорватских гусарских формирований в различных кампаниях Тридцатилетней войны (1618-1648 гг.), а также в более поздних войнах.
Первоначально и в Польше, и в Венгрии, и вообще в Западной Европе сабля считалась «плебейским» оружием. Благородное рыцарство традиционно предпочитало меч или шпагу.
Упрочение положения сабли в номенклатуре боевых образцов холодного оружия тесно связано с именем польского короля венгерского происхождения Стефана Батория, избранного на трон в 1576 г. и правившего до самой смерти, последовавшей в 1586 г. При короле-венгре широчайшее распространение в Польше получили венгерский костюм и венгерское оружие. Популярная в Польше венгерская сабля, производившаяся и польскими оружейниками, впоследствии была названа оружиеведами саблей польско-венгерского типа. Именно она стала прототипом гусарской сабли, получившей широкое распространение в XVIII в. в Восточной и Западной Европе. Такую саблю также можно увидеть в музее. Датируется эта сабля польско-венгерского типа второй половиной XVIII в.
Наиболее популярной в среде польской шляхты саблей стала так называемая карабела (карабэля). Название ее, вероятно, происходит от арабского «carab» – «оружие». Главной особенностью карабелы была головка рукояти в виде стилизованной головы орла. Клинок карабелы при этом мог быть персидского (без елмани) или же турецкого (с елманью) типов.
Эти сабли постепенно вытеснили из обихода польской шляхты меч и шпагу. Сабля стала их преемницей в боевой практике, а также восприняла те социальные функции, которые выполнял рыцарский меч – символ сословной принадлежности. В Речи Посполитой сабля стала знаком шляхетского достоинства, с которым в XVII – XVIII вв. не расставались не только магнаты, но и шляхтичи средней руки.
В подражание им украинская старшина одевалась и вооружалась на польский манер, хотя относительно вооружения строгих правил не существовало. За неимением штатных, как в регулярной армии, образцов, украинское оружие было различного происхождения – польское, венгерское, турецкое, балканское или русское.
Что до сабель венгерского типа, то к концу XVIII в. они доминировали не только в Восточной, но и в Западной Европе. Так, некоторые австрийские кавалерийские сабли конца XVIII – первой половины XIX вв. были, по сути, усовершенствованными копиями венгерских сабель. В экспозиции музея представлено несколько оригинальных венгерских сабель XVIII в. Одна из них – тяжелая кавалерийская сабля 1740-1750 гг. с широким клинком и гравированным изображением Мадонны у пяты. Сабли такого типа назывались «мадоннами». Мадонна считалась покровительницей венгров, и ее изображение на клинках этих сабель всегда сопровождала соответствующая пояснительная надпись на латыни. Другая венгерско-австрийская гусарская сабля второй половины XVIII в. имеет узкий стальной, значительной кривизны клинок. На обеих голоменях клинка присутствуют гравированные клейма золингенского мастера Петера Мюниха (Муниха), жившего во второй половине XVI в. И только лишь форма клинка, а также латинская надпись, восхваляющая Марию-Терезию, королеву Венгрии и императрицу Австрии, позволяет правильно датировать эту саблю второй половиной XVIII в.
Любопытна история французских клинков. Французы никогда не имели собственного высококачественного клинкового производства. Основой для их холодного оружия служили клинки из Золингена, Пассау, Толедо и Брешии. Это, однако, не мешало французам быть законодателями мод и в оружейной области. Французские образцы широко копировались.
Копиями французских сабель первой четверти XIX в. были российские пехотные офицерские сабли обр. 1826 г. и драгунские сабли обр. 1841 г. Пехотная сабля обр. 1826 г. и драгунские офицерские и солдатская сабли обр. 1841 г. представлены в экспозиции музея. Кроме того, клинок пехотной сабли, хранящейся в музее, изготовлен в Золингене известной фирмой первой половины XIX в. – P. Knecht. Там же было произведено синение и золочение клинка путем термической обработки.
На американском континенте холодное оружие формировалось под влиянием армий колонизаторов – испанской, английской, французской. С обретением независимости американцы вначале копировали европейские образцы, но со временем выработали собственный тип сабли, с лишь ему присущими особенностями.
Вообще, появление какого-либо удачного образца вызывало массу подражаний. Яркий пример – «Блюхеровская сабля», ставшая основой для различных модификаций.
«Сабля Блюхера» – прусская кавалерийская сабля обр. 1811 г. Характерной особенностью эфеса этой сабли были – защитная дужка в виде перевернутого знака вопроса с прямой крестовиной, имеющей полукруглые щитки, и спинка рукояти с расширениями на планке.
В экспозиции музея представлен целый ряд сабель с «блюхеровским» эфесом. Это австрийская офицерская пехотная сабля обр. 1837 г., германские легкие кавалерийские сабли XIX в., болгарская наградная офицерская сабля конца XIX – первой половины ХХ вв. с кириллической надписью «За царя и отечество». Но наибольший интерес вызывает австрийская сабля обр. 1837 г. Кроме «блюхеровского» эфеса, она имеет еще и клинок из дамасской стали. Для стран Западной Европы изготовление дамасских клинков было довольно редким явлением.
Что касается «блюхеровского» эфеса, то традиционно такой характерный эфес считается немецким, хотя кавалерийские сабли с подобными эфесами существовали и раньше, например, такие как британская солдатская легкокавалерийская сабля образца 1796 г., разработанная командиром 2-го гвардейского драгунского полка майором Джоном Гаспаром Ле Маршаном. Однако в истории такие сабли остались связанными с именем видного прусского военачальника Гебхарда Леберехта фон Блюхера…

По материалам запорожского «Музея истории оружия»

Оставить комментарий

-->